Туркменский язык: различия между версиями
Maqivi (обсуждение | вклад) Нет описания правки |
Maqivi (обсуждение | вклад) Нет описания правки |
||
| Строка 47: | Строка 47: | ||
Нет достоверной информации о численности и племенном составе туркмен, оставшихся в Центральной Азии. В начале {{изхи|V|век=XI}} века область горных хребтов Балхан к востоку от Каспийского моря стала местом отступления огузских и других тюркских племён, в то время как уже с {{изхи|IV|век=X}} века в качестве неё упоминается местность на севере полуострова Мангишлак. Во второй половине {{изхи|VI|век=XII}} века определённое число туркменов обосновалось в восточной части Хорасана, однако не приобрело какого-либо политического значения, отчасти из-за подъёма Хорезмшахов. В {{изхи|VII|век=XIII}} веке монгольские завоевания привели к широкомасштабному изгнанию или включению в состав монгольской армии туркменов, живущих вдоль основного маршрута военных действий в Мавераннахр (Трансоксании) и Хорасане. Таким образом, вторая волна туркмен, вытесненная из кочевого, полукочевого или оседлого образа жизни, снова достигла центральных исламских земель, и эта волна должна была ещё более основательно изменить свою политическую, этническую и социально-экономическую структуру, чем более ранний, приведенный в действие завоеваниями Сальджукидов. | Нет достоверной информации о численности и племенном составе туркмен, оставшихся в Центральной Азии. В начале {{изхи|V|век=XI}} века область горных хребтов Балхан к востоку от Каспийского моря стала местом отступления огузских и других тюркских племён, в то время как уже с {{изхи|IV|век=X}} века в качестве неё упоминается местность на севере полуострова Мангишлак. Во второй половине {{изхи|VI|век=XII}} века определённое число туркменов обосновалось в восточной части Хорасана, однако не приобрело какого-либо политического значения, отчасти из-за подъёма Хорезмшахов. В {{изхи|VII|век=XIII}} веке монгольские завоевания привели к широкомасштабному изгнанию или включению в состав монгольской армии туркменов, живущих вдоль основного маршрута военных действий в Мавераннахр (Трансоксании) и Хорасане. Таким образом, вторая волна туркмен, вытесненная из кочевого, полукочевого или оседлого образа жизни, снова достигла центральных исламских земель, и эта волна должна была ещё более основательно изменить свою политическую, этническую и социально-экономическую структуру, чем более ранний, приведенный в действие завоеваниями Сальджукидов. | ||
Особенно политически успешными были те туркмены, которые сделали Анатолию, Армению, Курдистан и северную Сирию своим новым домом, вскоре создав небольшие владения полунезависимого правления. В то время как более ранние исследования, основанные на источниках Мамлуков, Персии, Османской империи и Европы, предоставляли в основном политическую и социально-экономическую информацию, касающуюся этих туркменских княжеств (бейликов), более поздние исследования также были сосредоточены на их индивидуальном вкладе в культуру, особенно в развитие литературы, искусства и архитектуры на бывших территориях Византийской империи. Среди наиболее известных туркменских княжеств Анатолии — княжества Сарукана вокруг Манисы и Айдын-Оглу во внутренних районах Измира, Ментеше-Огуллари на юго-западном побережье, Гермийан-Огуллари с центром в Кютахье, Хамид-Огуллари и Текке-Огуллари вокруг Эгридира и Антальи, Караман-Огуллари с центром в Конье, Джандар-Огуллари между Синопом и Кастамону, Зу аль-Кадр (Дульгадир) Огуллари и Рамадан-Огуллари в юго-восточной Анатолии. Не следует забывать, что Османская империя также имела свои корни в туркменском княжестве, основанном Османом I в северо-западном углу Анатолии. | |||
Большинство из этих княжеств имеют общий период своего возникновения как квазинезависимые владения в 1330-х и 1340-х годах, в связи с развалом сельджукского султаната Рум и тем фактом, что они были окончательно включены в Османскую империю в период султана Мурад II ({{изхи|824|1421}}—{{изхи|855|1451}}) и Мухаммад II ({{изхи|855|1451}}—{{изхи|886|1481}}). В центральной Анатолии могущественный Османский бейлик представлял серьезную угрозу стремлению Мухаммада II к господству до {{изхи|865|1461}} года. В юго-восточной Анатолии Зу аль-Кадр-Огуллари с центром в Мар‘аше и Рамадан-Огуллари вокруг Аданы смогли противостоять османам под защитой мамлюков до тех пор, пока Селиму I не удалось одолеть их в {{изхи|921|1515}} году. Большая часть соплеменников Зу аль-Кадр перешла к Сефевидскому шаху Исма‘илю и стала одной из составных частей его армии кизил-башей, наряду с другими такими же тюркскими племенами румлю, шамлю, таккалю, афшар, каджар, варсак и бахарлу. Однако, начиная с шаха Аббаса I ({{изхи|995|1587}}—{{изхи|1038|1629}}), доминирующая роль туркменов кизил-башей в центральной администрации Сефевидов и управлении провинциями всё более и более уменьшалась. Сохраняя свой традиционный образ жизни, в частности сезонные миграции, тюркские племенные федерации продолжали уклоняться от государственной власти и даже противостояли ей как в Османской империи, так и в Персии вплоть до первой половины XX века. Следует также иметь в виду, что именно в этой атмосфере османско-сефевидского противостояния ({{изхи|X|век=XVI}} в.) религиозный синкретизм, возникший у туркмен во времена Сельджукидов на основе практик и верований, привнесённых из Центральной Азии, вошли в суннизм и ши‘изм, а также привели к формированию нового неортодоксального вероучения в Анатолии — [[алавизм]]а. | |||
Основанные тюркскими племенными конфедерациями государства Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу временами противостояли тимуридам, мамлюкам и османам. С {{изхи|VIII|век=XIV}} века туркмены постепенно переселялись на восток, в основном в Персию. С середины {{изхи|VIII|век=XIV}} до начала {{изхи|X|век=XVI}} века Ак-Коюнлу доминировали в восточной Анатолии и Западной Персии. После того, как Узун Хасан ({{изхи|871|1466}}—{{изхи|883|1478}}) одержал верх над Кара-Коюнлу, он сделал столицей своего государства Тебриз. В период наивысшего расцвета Кара-Коюнлу включала в себя Восточную Анатолию, Армению, Ирак и большую часть Персии.<!-- | |||
Центральная Азия | Центральная Азия | ||
| Строка 61: | Строка 59: | ||
Из-за отсутствия исторических свидетельств невозможно доказать прямую преемственность от огнюзских / тюркменских времен Салдоджю до послемонгольских тюркмен. Очень мало информации также доступно за период Тимурида. Историю современных тюркменских племен можно проследить только с 10-16 веков, когда они медленно отступали от своего отступления на западных окраинах современного Туркменистана (полуостров Мангыльшхлак, плато Усть-Юрт, горы Балкхушан, пустыня Шарагум) в восточной части и юго-восточное направление к сельскохозяйственным оазисам (K̲h̲wārazm, долина Murg̲h̲āb). Это движение, вероятно, было вызвано растущим высыханием степи и давлением со стороны более сильных соседей, таких как альму, азаки [q.vv.] и персы (ср. Брегель 1981). Правление Абу’Л-Гххази Бахадура хана (1054 / 1644-5 до 1074/1664 гг.), Правителя сундайбанидов Кхшивы и историка тюрков и тюркмен, также было отмечено частыми экспедициями против тюркских племен племени таракменских племян и полуостров Мангульшлак, что привело к временному подчинению некоторых из них (Абу-л-Гхази, Сххададжджара-йи-тюрк, изд. и т. п.) в качестве исторического наследия Монголии и Татара в Абуле-Гази Бехадур, Санкт-Петербург, 1871-4, изд. 297—372, тр. 318-50). Согласно собственным словам Абу’Л-Гх̲дзази, он составил свою историю тюркменского народа, Сара-йи таракима («Родовое древо тюркменов»), в 1071/1660-1 гг., потому что тюркменские ученые, s̲h̲eyk̲h̲s и беки, которые слышали, что он был знатоком истории, попросили его сделать это вместо многочисленных огхуз-намов, которые котор они считали бесполезными (ed. Ålmez, 109, tr. 232). Эта история четко отражает исторические традиции и легенды Огхузуза, которые ранее были записаны Расхидом аль-Дином в его «Шьямих ал-таварикш» (см. «Die Geschichte der Oġuzen des Rašīd ad-Dīn», тр. К. Ян, Вена, 1969) , Кроме того, работа Абу’л-Гххази добавляет события, которые, вероятно, должны быть размещены в основном в 9-15 веках. | Из-за отсутствия исторических свидетельств невозможно доказать прямую преемственность от огнюзских / тюркменских времен Салдоджю до послемонгольских тюркмен. Очень мало информации также доступно за период Тимурида. Историю современных тюркменских племен можно проследить только с 10-16 веков, когда они медленно отступали от своего отступления на западных окраинах современного Туркменистана (полуостров Мангыльшхлак, плато Усть-Юрт, горы Балкхушан, пустыня Шарагум) в восточной части и юго-восточное направление к сельскохозяйственным оазисам (K̲h̲wārazm, долина Murg̲h̲āb). Это движение, вероятно, было вызвано растущим высыханием степи и давлением со стороны более сильных соседей, таких как альму, азаки [q.vv.] и персы (ср. Брегель 1981). Правление Абу’Л-Гххази Бахадура хана (1054 / 1644-5 до 1074/1664 гг.), Правителя сундайбанидов Кхшивы и историка тюрков и тюркмен, также было отмечено частыми экспедициями против тюркских племен племени таракменских племян и полуостров Мангульшлак, что привело к временному подчинению некоторых из них (Абу-л-Гхази, Сххададжджара-йи-тюрк, изд. и т. п.) в качестве исторического наследия Монголии и Татара в Абуле-Гази Бехадур, Санкт-Петербург, 1871-4, изд. 297—372, тр. 318-50). Согласно собственным словам Абу’Л-Гх̲дзази, он составил свою историю тюркменского народа, Сара-йи таракима («Родовое древо тюркменов»), в 1071/1660-1 гг., потому что тюркменские ученые, s̲h̲eyk̲h̲s и беки, которые слышали, что он был знатоком истории, попросили его сделать это вместо многочисленных огхуз-намов, которые котор они считали бесполезными (ed. Ålmez, 109, tr. 232). Эта история четко отражает исторические традиции и легенды Огхузуза, которые ранее были записаны Расхидом аль-Дином в его «Шьямих ал-таварикш» (см. «Die Geschichte der Oġuzen des Rašīd ad-Dīn», тр. К. Ян, Вена, 1969) , Кроме того, работа Абу’л-Гххази добавляет события, которые, вероятно, должны быть размещены в основном в 9-15 веках. | ||
По словам Абу’л-Гххази, Огххуз Кхшан поделил своих потомков на старшее племя бозо и младшее племя ючо. В своей работе он упоминает о Баяте, Бигдили, Додурге, Дёгере, Шарзине и Чайи, которые традиционно считаются принадлежащими к дивизии Бозок (правое крыло), а также Ава, Байынджыр, Бечене, Бугдюз, Чавульдур, Чепни, Эймюр, , Ḳara İvli, Ḳi̊ni̊ḳ, Salur и Üregir, принадлежащие к дивизии Üčoḳ (левое крыло). Теке и Эрсари [q.v.] представлены как связанные с Салуром, а Йомут и Гёклен [см. Гёклен] вообще не упоминаются (изд. Ölmez, index). Эти племена начали перебираться в оазисы Кхвваразма и южной Туркмении только к середине 11-17 века. Ерзари и одна часть Йомута стали оседлыми фермерами к концу того века, как и Чавулдур (Čawdor [qv]) и Теке с начала 12-18 веков (Bregel 1981, 32-6) , | |||
Упадок ханства K̲h̲īwa с начала 12-18 веков позволил тюркменам усилить политическое вмешательство в K̲h̲warazm. При династии Шунграт [q.v.], основанной в 1218/1804 годах, походы против различных тюркменских племен стали одной из констант политики Хивы. Временно подавленные в военном отношении, или часто из-за острой необходимости в жертвах, которые должны были иметься только в оседлых районах, тюркмены были вынуждены послать вспомогательные войска для участия в кампаниях Хивы против конкурирующего эмирата Букшхарана. Непрерывные набеги в соседние персидские провинции и персидские карательные экспедиции на тюркменскую территорию истощили обе стороны. Тем не менее, племена смогли сохранить определённую автономию. После победной борьбы с войсками Хивы и Персии между 1855 и 1861 годами они некоторое время пользовались независимостью. В ходе своей колониальной экспансии в Среднюю Азию Россия сначала покорила Букшхара, Хивы, Хоканда и восточное побережье Каспийского моря (1281-93 / 1865-76). Однако тюркмены оказывали сильное сопротивление в течение нескольких лет. В 1289/1881 годах русские взяли штурмом крепость Гоктепе [q.v.], а в 1302/1884 они заняли Марв [q.v.]. В 1897—1917 гг. «Транскаспия» управлялась в составе генерал-губернаторства Туркестана (хороший обзор этих событий дан Ю. Брегелем в EIr, ст. Центральная Азия. VII, в т. V, 193—203). | |||
В то время как в XIII—XIX веках три узбекских ханства Букхшара, Хивы и Хоканда превратились в деспотические монархии, а узбекская военная каста приобрела все более оседлый характер, социальная структура тюркменских племен оставалась в основном племенной. Авторитет их старейшин (ашал) опирался не на династическую власть, а на личную квалификацию (Р. Месерв, «Описание положения лидеров туркменских племен в соответствии с западными путешественниками 19-го века», в Altaica Berolinensia, ed. B. Kellner-Heinkele). , Wiesbaden 1993, 139-48; обзор состава племен и неокончательная оценка численности населения в 19 веке на основе западных источников см. В статье Türkmenler M. Saray в İA). Тем не менее, непрерывный процесс распада и перестройки племен (урук) и подтрибов (оймак) между 17 и 19 веками изучен недостаточно, хотя исходные материалы не отсутствуют. Главные хроники Хивы 13-19 веков, например ¶ Вирджинские Аль-Иббаль и его продолжения, Мюнис (1192—1244 / 1778—1829 [см.)) и Агаи (1224-91 / 1809-74 [см. в Приложении]), содержат большие разделы о взаимосвязи между K̲h̲īwa и соседние племена (Firdaws al-iḳbāl, изд. Ю. Брегель, Лейден и др. 1988; разделы продолжений тр. На русский язык в Материалах истории Туркменистана и Туркмении, II изд. В. В. Струве и др., Москва-Ленинград 1938). Пример того, как детальный результат может быть достигнут с использованием хроник и архивных документов коренных народов, в дополнение к командировочным, дипломатическим и военным отчетам (особенно на русском языке), приведен Ю. А. Брегель в своей «Кхорезмской туркменине в XIX веке», Москва, 1961. | |||
Owing to the lack of historical evidence, it is not possible to prove direct continuity from the Og̲h̲uz/Türkmen of Sald̲j̲ūḳ times to the post-Mongol Türkmen. Very little information is also available for the Tīmūrid period. The history of the modern Türkmen tribes can only be traced from the 10th/16th century onwards, when they slowly moved from their retreat in the western fringes of modern Turkmenistan (Mangi̊s̲h̲lak peninsula, Üst Yurt plateau, Balk̲h̲ān mountains, Ḳaraḳum desert) in an eastern and southeastern direction to the agricultural oases (K̲h̲wārazm, the Murg̲h̲āb valley). This movement was probably caused by a growing desiccation of the steppe and the pressure exerted by stronger neighbours like the Ḳalmuḳs, the Ḳazak̲h̲s [q.vv.] and the Persians (cf. Bregel 1981). The rule of Abu ’l-G̲h̲āzī Bahādur K̲h̲ān (1054/1644-5 to 1074/1664), S̲h̲aybānid ruler of K̲h̲īwa and historian of the Türks and Türkmen, was likewise marked with frequent expeditions against the Türkmen tribes of K̲h̲wārazm, the Ḳaraḳum desert and the Mangi̊s̲h̲lak peninsula, leading to the temporary submission of some of them (Abu ’l-G̲h̲āzī, S̲h̲ad̲j̲ara-yi türk, ed. and tr. P.I. Desmaisons as Histoire des mongols et des tatares par Aboul-Ghâzi Béhâdour Khân , St. Petersburg 1871-4, ed. 297—372, tr. 318-50). According to Abu ’l-G̲h̲āzī’s own words, he composed his history of the Türkmen people, the S̲h̲ad̲j̲ara-yi tarākima («The family tree of the Türkmen»), in 1071/1660-1, because Türkmen scholars, s̲h̲eyk̲h̲ s and bek s who had heard that he was an expert on history asked him to do so in replacement of the numerous Og̲h̲uz-nāma s which they considered as worthless (ed. Ölmez, 109, tr. 232). This history clearly mirrors the historical traditions and legends of the Og̲h̲uz that had earlier been recorded by ¶ Ras̲h̲īd al-Dīn in his Ḏj̲āmiʿ al-tawārīk̲h̲ (see Die Geschichte der Oġuzen des Rašīd ad-Dīn, tr. K. Jahn, Vienna 1969). In addition, Abu ’l-G̲h̲āzī’s work adds events that probably have to be placed mostly within the 9th/15th century. | |||
According to Abu ’l-G̲h̲āzī, Og̲h̲uz K̲h̲ān divided his descendants into the senior Bozoḳ and the junior Üčoḳ division of tribes. He mentions in his work the Bayat, Bigdili, Dodurga, Döger, Ḳarḳi̊n and Ḳayi̊, which are traditionally considered as belonging to the Bozok (right wing) division, and the Ava, Bayi̊ndi̊r, Bečene, Bügdüz, Čavuldur, Čepni, Eymür, İgdir, Ḳara İvli, Ḳi̊ni̊ḳ, Salur and Üregir belonging to the Üčoḳ (left wing) division. The Teke as well as the Ersari̊ [q.v.] are represented as connected to the Salur, and the Yomut and Göklen [see göklän ] are not mentioned at all (ed. Ölmez, index). These tribes began to move into the oases of K̲h̲wārazm and southern Turkmenia only by the middle of the 11th/17th century. The Ersari̊ and one part of the Yomut began to become sedentary farmers by the end of that century, as did the Čavuldur (Čawdor [q.v.]) and Teke from the beginning of the 12th/18th century onwards (Bregel 1981, 32-6). | |||
The decline of the Khanate of K̲h̲īwa from the early 12th/18th century permitted to the Türkmen increased political interference in K̲h̲warazm. Under the Ḳungrāt [q.v.] dynasty, established in 1218/1804, the campaigns against various Türkmen tribes became one of the constants of K̲h̲īwan politics. Temporarily subdued militarily, or often out of sheer need for victuals which were only to be had in the sedentary areas, the Türkmen were forced to send auxiliary troops to participate in K̲h̲īwa’s campaigns against the rival Buk̲h̲āran emīrate. Continuous raids into the neighbouring Persian provinces and Persian punitive expeditions into Türkmen territory exhausted both sides. Nevertheless, the tribes were able to preserve a certain amount of autonomy. After fighting victoriously with K̲h̲īwan and Persian armies between 1855 and 1861, they enjoyed for a short while independence. In the course of its colonial expansion into Central Asia, Russia first conquered Buk̲h̲ārā, K̲h̲īwa, K̲h̲oḳand [q.v.] and the eastern coast of the Caspian sea (1281-93/1865-76). The Türkmen, however, offered strong resistance for several years. In 1289/1881 the Russians stormed the fortress of Göktepe [q.v.] and in 1302/1884 they occupied Marw [q.v.]. From 1897—1917, «Transcaspia» was administered as part of the governorate-general of Turkestan (a good overview of these events is given by Yu. Bregel in EIr, art. Central Asia. vii, in vol. V, 193—203). | |||
While in the 13th/19th century the three Uzbek khanates Buk̲h̲ārā, K̲h̲īwa and K̲h̲oḳand turned into despotic monarchies, with the Uzbek military caste adopting a more and more sedentary character, the social structure of the Türkmen tribes remained largely tribal. The authority of their elders (aḳ saḳal) rested not on dynastic power but on personal qualification (R. Meserve, A description of the position of Turkmen tribal leaders according to 19th century Western travellers, in Altaica Berolinensia, ed. B. Kellner-Heinkele, Wiesbaden 1993, 139-48; for an overview of the tribal composition and a non-conclusive estimate of population numbers for the 19th century on the basis of Western sources, see the art. Türkmenler by M. Saray in İA). However, the continuous process of breaking-up and reshaping of tribes (uruk) and subtribes (oymak) between the 17th and 19th centuries has not been sufficiently studied, although source materials are not lacking. The major chronicles for 13th/19th century K̲h̲īwa, e.g. the ¶ Firdaws al-iḳbāl and its continuations, by Muʾnis (1192—1244/1778-1829 [q.v.]) and Āgahī (1224-91/1809-74 [q.v. in Suppl.]) contain large sections on the inter-relationship between K̲h̲īwa and the neighbouring tribes (Firdaws al-iḳbāl, ed. Yu. Bregel, Leiden, etc. 1988; sections of the continuations tr. into Russian in Materiali̊ po istorii Turkmen i Turkmenii, ii ed. V.V. Struve et alii, Moscow-Leningrad 1938). An example of how detailed a result can be achieved by using indigenous chronicles and archival documents, in addition to travel, diplomatic and military reports (particularly Russian), is given by Yu. Bregel’ in his K̲h̲orezmskie Turkemeni̊ v XIX veke, Moscow 1961. | |||
3. Современный период. | 3. Современный период. | ||
Версия от 10:51, 22 февраля 2019
 ареал распространения туркменского языка | |
| самоназвание | Türkmen dili |
| страны | Азербайджан, Иран, Ирак, Грузия, Россия |
| общее число говорящих | более 9 млн |
| семья | тюркская |
| группа | огузская |
| письменность | латиница |
| код ISO 639-1 | tk |
Туркме́нский язы́к (самоназвание Türkmen dili, Түркмен дили) — язык туркмен, официальный язык Туркменистана, один из официальных языков Афганистана и Ирака.
Основные сведения
Туркменский язык распространён Туркменистане (5 млн), Афганистане (ок. 1 млн), Ираке (от 1 до 2 млн), Иране (ок. 1,6 млн), а также в Турции (ок. 500 тыс.), России (ок. 31 тыс.) и некоторых других странах[1].
Туркменский язык входит в огузскую (юго-западную) группу тюркских языков[1].
В туркменском языке выделяется до 30 диалектов и говоров, сильно различающихся между собой по фонетическим, морфологическим и лексическим признакам. Сохранение диалектов поддерживается ареальным расселением туркмен. В Туркменистане представлены большая группа диалектов, распространённых в западном, центральном и северо-восточных районах (йомудский, текинский, салырский, сарыкский, човдурский, кардашлы, гёкленский, эрсаринский и др.), и группа диалектов на юге, вблизи иранской границы (нохурский, хасарлинский, чандырский, арабачский и др.). Диалект трухмен в тюркологии принято квалифицировать как трухменский язык. Вместе с туркменским языком его объединяют в огузо-туркменскую подгруппу. Диалекты туркмен, проживающих в северных провинциях Ирана, есть лингвистические основания также считать ещё одним языком огузской группы – хорасанскотюркским[1].
В современном литературном туркменском языке сохраняются общеогузские языковые признаки, дополненные кыпчакскими элементами. До XX века туркменский язык был представлен только народно-разговорной формой. В официальной сфере использовался местный вариант среднеазиатского литературно-письменного языка тюркú. Однако поэты XVIII–XX веков, писавшие в целом на тюрки (Махтумкули, Молланепес, Кемине, Сеиди, Зелили), стремились приблизить язык своих произведений к народному, закладывая основу старотуркменского литературному языку. В Туркмении начиная с советского времени формировался литературно-письменный туркменский язык, нормы которого ориентировались прежде всего на речь туркмен-текинцев. Ныне литературный туркменский язык представлен разветвлённой системой функциональных стилей[1].
До 1928 применялась письменность на основе арабской графики, которой до сих пор используют туркмены, живущие вне Туркменистана. С 1928 алфавит на основе латиницы, а с 1940 года — кириллицы. С 1996 года в Туркмении вновь осуществлён переход на латинизированный алфавит[1].
Туркмены (туркоманы; самоназвание – туркмен, мн. ч. туркменлер) составляют основное население Туркмении (св. 4 млн). Компактно проживают также в Узбекистане (ок. 200 тыс.), на юго-западе Таджикистана (15,2 тыс.), севере Афганистана (св. 1 млн), северо-востоке Ирана (2,4 млн. чел.), севере Ирака (400 тыс.), Сирии, в Ливане, Иордании, Турции (св. 10 млн), на юге Грузии, востоке Азербайджана, в Армении, России (36,9 тыс.) и других странах; туркменское происхождение имеют салары Китая. Верующие — мусульмане-сунниты[2].
Первоначально «туркменами» (букв. – «похожие на тюрок») называли тюркское население Средней Азии (в отличие от ираноязычного населения – таджиков); с началом экспансии огузов это название распространилось в Передней Азии. Туркмены делятся на народности, или «племена» (тайпа, ил): човдоры, игдыры, абдалы, арабачи, йомуды, гоклены, нохурли и мурчали, текинцы, мехинли, сунчали, анаули, али-или, сарыки, эрсари, хатаб, олам, мукры, каркын, баяты, саятли, эски, ходжа, сакары, арабачи, ших, хыдыр-или, салоры, ата, карадашлы, емрели и чандыры и др.; некоторые племенные названия (например, салоров) известны с VII века[2].
В оазисах развивали поливное и неполивное земледелие (пшеница, ячмень, просо-джугара), на западе – полукочевое скотоводство. Разводили овец, одногорбых верблюдов, скаковых лошадей. Распространено виноградарство. В Мургабском оазисе, Лебапском велаяте и др. занимаются шелководством. Развиты изготовление шёлковых, хлопчатобумажных и шерстяных тканей, ковров, войлока, обработка серебра. До середины XX века основным жилищем была юрта (ой, кара-ой). В основе традиционной пищи – хлеб (чорек, нан), молочные продукты, мясная похлёбка (чорба, гайнатма), жареное мясо (говурма, говурдак), плов (палав), пирожки с мясом (самса) и др. Основные напитки – чай, кислое коровье (гатык) или верблюжье (чал) молоко[2].
Ряд современных исследователей подняли вопрос этимологии слова «туркмен», отвергнув популярную персидскую версию — тюрк-мананд («похожий на тюрков»), предложенную аль-Бируни и аль-Кашгари в его Диван люгат ат-тюрк и повторяемую более поздними авторами, включая Рашид ад-дина Табиба. Подобным образом Абу аль-Гази Бахадур хан в своей Шаджара-йи Таракима сообщает, что таджики сначала называли туркменами тюрков, которые поселились в Мавераннахре. Со временем их черты лица изменились и стали больше походить на черты лица местного (то есть иранского) населения. Поэтому таджики дали им имя тюркмен, что означает «напоминающий тюрков, тюркоподобных», но так как простые люди не могли произнести тюрк-мананд, то они стали называть их тюркменами. Г. Доерфер (G. Doerfer) утверждает, что «туркмен» является производным от тюркского «правящие люди тюрков» с «мен» в качестве своего рода увеличительного суффикса. Голден (Golden) также рассматривает термин как «происходящий от турк («тюрок») + мен (суффикс усиления)».
Термин «туркмен» используется мусульманскими историками, географами и другими авторами, пишущими Сельджукской империи и её государств-преемников, входящих в федерацию огузских племен — включившие неогухузские элементы — которые стали мусульманами. Однако к монгольскому периоду наименование «туркмен» полностью вытеснило наименование «огуз». Голден предполагает, что первоначально термин «туркмен» был, возможно, не этнонимом, а техническим термином, обозначающим исламизированное тюркское население, включая огузов. Он обращает внимание на возможность досельджукской истории термина, относящегося к согдийскому (VIII в.) и китайскому (IX в.) источнику. В цитатах некоторых ранних мусульманских текстов туркмены называются исламизированными огузами. Географ аль-Мукаддаси (ок. X в.), посетивший Хорасан, считается первым мусульманским источником, который ссылается на «туркмен, принявших ислам через страх» и на «правителя туркмен». Ученый аль-Бируни аль-Хорезми (ум. 1048), хорошо знавший этот регион, упоминает в своей книге Китаб аль-джамахир фи ма‘рифат аль-джавахир, что огузы назывют туркменами «любого огуза, который принял ислам». Аль-Марвази (ум. после 1120), лекарь при дворе Сельджуков, пишет в своем Табаи‘ аль-хайаван, который включает разделы по географии, что некоторые из огузов, после контактов с мусульманскими странами обратились в ислам, а затем стали называться тюркменами. Аль-Кашгари называет карлуков «племенем турок. Они не кочевники, а огузы, но также туркмены», но также говорит: «Огузы — племя турок; туркмен», а также: «тюркмены. Они — Огузы», рассказывающие длинную историю о столкновении своих исконных 22 племён с Зу аль-Карнайном, включая этимологию, упомянутую выше.
История
После завоеваний огузов/туркмен под предводительством Сельджукской династии и в период её правления (XI—XII вв.) большое количество туркмен не только присоединилось к армиям Сельджукидов, но и мигрировало как племенные группы из своих сред обитания на периферии исламского мира (то есть области, граничащей с реками Урал и Иртыш, восточные берега Каспийского моря и нижнюю часть долины Сырдарьи) до северной Персии, Азербайджана, Малой Азии, Ирака, Сирии, Хиджаза и даже Северной Африки. Некоторые из этих групп расселились и слились с местным населением, в то время как большинство продолжало вести кочевой или полукочевой образ жизни, сохраняя племенные структуры. Современная наука подчеркнула огромное влияние этих миграций на политическую, экономическую, социальную и культурную структуру центральных исламских земель с их преимущественно иранским и арабским населением. Ещё одним следствием стало начало длительной тюркизации Азербайджана и Анатолии. Обращает на себя внимание и тот факт, что благодаря их исторической роли мы лучше информированы о туркменах, чем о любом другом средневековом тюркском народе.
Когда рухнуло центральное правление Сельджукидов и были созданы региональные государства-преемники, в большинстве случаев членами династии Сельджукидов или их близкими соратниками, племенные группы туркмен продолжали оставаться основной военной силой, поскольку миграция туркмен из Центральной Азии продолжалась. Более того, уже в период расцвета власти Сельджукидов на пограничных землях Империи возникло несколько княжеств, вождями которых были не члены династии Сельджукидов, а вожди тюркских племён, например, Данишмендиды в Восточной Анатолии, которые играли важную роль в конфликтах XII века между крестоносцами, византийцами и Сальджукидами. Менгучекское княжество к востоку от Данишмендидов и Сальтук огуллари вокруг Эрзурума было аннексировано султаном сельджукским султаном Рума до монгольского завоевания. Ещё более важной была династия Сальгуридов, основанная членами племени Салур в Фарсе, и правящая династия Артукидского княжества, которая принадлежала и получила свою силу от племени дёгер, бозокской ветви туркмен. Она продолжала удерживать свои позиции в Мардинской и Амидской (Диярбакр) областях вплоть до начала XV века.
Нет достоверной информации о численности и племенном составе туркмен, оставшихся в Центральной Азии. В начале XI века область горных хребтов Балхан к востоку от Каспийского моря стала местом отступления огузских и других тюркских племён, в то время как уже с X века в качестве неё упоминается местность на севере полуострова Мангишлак. Во второй половине XII века определённое число туркменов обосновалось в восточной части Хорасана, однако не приобрело какого-либо политического значения, отчасти из-за подъёма Хорезмшахов. В XIII веке монгольские завоевания привели к широкомасштабному изгнанию или включению в состав монгольской армии туркменов, живущих вдоль основного маршрута военных действий в Мавераннахр (Трансоксании) и Хорасане. Таким образом, вторая волна туркмен, вытесненная из кочевого, полукочевого или оседлого образа жизни, снова достигла центральных исламских земель, и эта волна должна была ещё более основательно изменить свою политическую, этническую и социально-экономическую структуру, чем более ранний, приведенный в действие завоеваниями Сальджукидов.
Особенно политически успешными были те туркмены, которые сделали Анатолию, Армению, Курдистан и северную Сирию своим новым домом, вскоре создав небольшие владения полунезависимого правления. В то время как более ранние исследования, основанные на источниках Мамлуков, Персии, Османской империи и Европы, предоставляли в основном политическую и социально-экономическую информацию, касающуюся этих туркменских княжеств (бейликов), более поздние исследования также были сосредоточены на их индивидуальном вкладе в культуру, особенно в развитие литературы, искусства и архитектуры на бывших территориях Византийской империи. Среди наиболее известных туркменских княжеств Анатолии — княжества Сарукана вокруг Манисы и Айдын-Оглу во внутренних районах Измира, Ментеше-Огуллари на юго-западном побережье, Гермийан-Огуллари с центром в Кютахье, Хамид-Огуллари и Текке-Огуллари вокруг Эгридира и Антальи, Караман-Огуллари с центром в Конье, Джандар-Огуллари между Синопом и Кастамону, Зу аль-Кадр (Дульгадир) Огуллари и Рамадан-Огуллари в юго-восточной Анатолии. Не следует забывать, что Османская империя также имела свои корни в туркменском княжестве, основанном Османом I в северо-западном углу Анатолии.
Большинство из этих княжеств имеют общий период своего возникновения как квазинезависимые владения в 1330-х и 1340-х годах, в связи с развалом сельджукского султаната Рум и тем фактом, что они были окончательно включены в Османскую империю в период султана Мурад II (1421—1451) и Мухаммад II (1451—1481). В центральной Анатолии могущественный Османский бейлик представлял серьезную угрозу стремлению Мухаммада II к господству до 1461 года. В юго-восточной Анатолии Зу аль-Кадр-Огуллари с центром в Мар‘аше и Рамадан-Огуллари вокруг Аданы смогли противостоять османам под защитой мамлюков до тех пор, пока Селиму I не удалось одолеть их в 1515 году. Большая часть соплеменников Зу аль-Кадр перешла к Сефевидскому шаху Исма‘илю и стала одной из составных частей его армии кизил-башей, наряду с другими такими же тюркскими племенами румлю, шамлю, таккалю, афшар, каджар, варсак и бахарлу. Однако, начиная с шаха Аббаса I (1587—1629), доминирующая роль туркменов кизил-башей в центральной администрации Сефевидов и управлении провинциями всё более и более уменьшалась. Сохраняя свой традиционный образ жизни, в частности сезонные миграции, тюркские племенные федерации продолжали уклоняться от государственной власти и даже противостояли ей как в Османской империи, так и в Персии вплоть до первой половины XX века. Следует также иметь в виду, что именно в этой атмосфере османско-сефевидского противостояния (XVI в.) религиозный синкретизм, возникший у туркмен во времена Сельджукидов на основе практик и верований, привнесённых из Центральной Азии, вошли в суннизм и ши‘изм, а также привели к формированию нового неортодоксального вероучения в Анатолии — алавизма.
Основанные тюркскими племенными конфедерациями государства Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу временами противостояли тимуридам, мамлюкам и османам. С XIV века туркмены постепенно переселялись на восток, в основном в Персию. С середины XIV до начала XVI века Ак-Коюнлу доминировали в восточной Анатолии и Западной Персии. После того, как Узун Хасан (1466—1478) одержал верх над Кара-Коюнлу, он сделал столицей своего государства Тебриз. В период наивысшего расцвета Кара-Коюнлу включала в себя Восточную Анатолию, Армению, Ирак и большую часть Персии.
Переводы Корана
Примечания
Литература
- Использованная литература
- B. Kellner-Heinkele, Türkmen // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 2000. — Vol. X (Tā'—U). (англ.)
Информация о статье
- Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
- Библиографическая ссылка: Туркменский язык [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2026 г.
- URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Туркменский язык
- Дата первой публикации:
Сотрудничество
Академия Корана приглашает к сотрудничеству авторов статей, редакторов, переводчиков, волонтёров и т. д. Об условиях сотрудничества и других интересующих Вас вопросах можете спросить в нашем Телеграм-аккаунте.
 Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи.
Ссылки: 🔎 Просмотр (адм, язык арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги: / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}} |
| Список языков (афр. ← Азия → евр.) | |
|---|---|
| Кавказ | Абхазский • Аварский • Адыгейский • Грузинский • Даргинский • Ингушский • Кабардино-черкесский • Лакский • Лезгинский • Чеченский |
| Тюрки | Азербайджанский • Башкирский • Казахский • Карачаево-балкарский • Киргизский • Крымско-татарский • Кумыкский • Татарский • Турецкий • Туркменский • Узбекский • Уйгурский • Чувашский |
| Иран | Белуджский • Бурушаски • Дари • Курдский • Кховар • Осетинский • Пушту • Сингальский • Таджикский • Урду • Персидский |
| Индия | Ассамский • Бенгальский • Брауи • Гуджарати • Каннада • Кашмири • Малаялам • Мальдивский • Маратхи • Непальский • Ория • Панджаби • Санскрит • Синдхи • Сирайки • Тайский • Тамильский • Телугу • Хинди • Цыганский |
| Ю.-Вост. | Ачехский • Бирманский • Бугийский • Вьетнамский • Горонтало • Индонезийский • Иранун • Кхмерский • Мадурский • Малагасийский • Малайский • Мандарский • Маори • Маранао • Сунданский • Тагальский • Тайский • Тувалу • Фиджийский • Яванский |
| Прочие | Иврит • Китайский • Корейский • Манипури • Монгольский • Японский |
